Шапка

                                  

Назад

Три коробочки

ТРИ КОРОБОЧКИ

 

    Нот шел к жене в больницу.
В правой руке у него была палка, на которую он облокачивался при ходьбе, а в левой – вязаная сумка, в ней тапочки и три коробочки: в одной – рис, в другой – морская капуста с мелко нарезанными вареными яйцами, в третьей – карп.
Он доставал тапочки, снимал обувь, оставляя ее у входа, и шел в семнадцатую палату.
Семнадцатая палата буквой Н была вся белой, кроме по-ирландски зеленых штор, петельками нанизанных на белые крючки белой гардины. Заходя в палату, он поворачивал налево и еще раз налево – там стояла кровать Наты.
Сегодня его у входа встретила медсестра. Она работала в ночную смену, но еще была в больнице. Ночью ей удалось поспать полтора часа – не более. После сдачи смены, она достала две белые детские рубашки, срезала с них черные пуговицы и начала пришивать принесенные с собой бледно-голубые – в тон оторочки на воротнике.
Она провела Нота в сестринскую, посадила в кресло и без оттяжки (чай не первый раз) сообщила ему, что его жена сегодня ночью умерла. Он посмотрел на нее, будто бы хотел задать вопрос, но промолчал; достал три коробочки, протянул их медсестре и сказал:
– Передайте и скажите, что карп без корочки, – развернулся и ушел.
На следующий день он пришел снова и также принес три коробочки с едой. На этот раз его встретил заведующий отделением. Он ему сказал, что его жена умерла, и надо ее забрать и похоронить. Но Нот отдал ему коробочки, пожал руку и удалился, добавив перед этим:
– Печеночный салат из баклажанов я сам делал, так и скажите ей.
Как ни пытались объяснить ему, не слышал он их слова. Он только кивал на все, что ему говорили, иногда улыбался, но обычно смотрел сквозь говорящего, отдавал три коробочки с полиэтиленовой пленкой внутри и уходил. И что самое главное, он не пытался пройти в семнадцатую палату, будто знал, что ее там нет, но в тоже время приходил каждый день.
Муниципальные власти похоронили ее сами.
На какие только ухищрения не шли работники больницы: и не встречали его у входа – он оставлял коробочки на тумбочке и подписывал: для Наты; и пытались заманить его в палату, дабы он убедился, что ее нет – ни в какую; и просили пациентов поговорить с ним – он все также смотрел сквозь и кивал; и закрывали дверь на входе – он ждал, пока откроют; и отдавали ему ее вещи – он не брал, говорил, что ей они нужней, и неизменно доставал три картонных коробочки, ставил их друг на друга и уходил.
Но однажды он не пришел.

ГуазараCopyright © 2014. Все права гуазары защищены.