Шапка

                                  

Стихи

В Петербург на свадьбу

В Петербург на свадьбу

 

Речь не идет о боге.
О свадьбе речь – уже октябрь, о деурге,
О хаосе убранства, о дороге,
Ведущей прямо в лоно Петербурга.

Что удивительно, но тайны там:
Во плесени дворцовых тайн,
В чудесной серости камней.
Но извините – я о ней.

Она: немного солона, возбуждена,
Придирчива к озону,
Не мнется после сна, вольна
И влюблена в Наполеона,

В меня, в себя, в смазливый Питер:
Там облако нанизано на шпиль,
Музейный бодрствует клипер
И Финский спит на много миль.

Там выбрано пространство для игры:
Нарядные болота зеленеют,
Вокруг цветут засохшие сады
И тащится повозка еле-еле.

На плачущей невесте тает снег.
Смущенный блеск фаты немеет.
Дыханье яств, кокетство нег,
Гостей скупая ахинея.

Увидеть тех, иных – возненавидеть их,
А теми восхищаться и забыть.
Молиться времени как покровителю –
Любить его, других обречь на выть.

Идти туда, сюда, слоняться.
Не угадать, где начинается Нева,
Где Бабий ряд, где прячется аббатство,
И ждет кого Адамова глава?

Вот волчий глаз развешивает тени.
Адмиралтейский кочет рвет луну.
Но тут туман мнет отпечаток лени
И выстилается на Невскую губу.

Все той же осени владычество утра.
Спешат в казармы фокстерьеры.
Затихла свадьбы безнадежная игра
В намереньи какой-нибудь, но веры.

Опять она многозначительна, как жест,
Как мысль перезасохшего пера;
Уже официально выражает свой протест,
Что сделана она не из ребра, –

А из ветров, из повалих и воинств,
Безбрежных судеб, мостиков цветных,
Из дивной мги, из лени и достоинств –
Прекрасное не терпит суеты.

Все полилось, ожили мышцы красок
Двухцветных улиц, лавок, галерей,
Одолженных когда-то кем-то масок
Облезлых куполов, лоснящихся ливрей.

Вспотевших окон мутная слюда
Уныло зрит спешащих –
Я уезжал с женою в никуда,
А может, возвращался.

Опять Москва – дефис и «слово-ер-с».
Камней скупая кошениль.
Покровский слышен благовест
За много-много миль.

ГуазараCopyright © 2014. Все права гуазары защищены.